Человечки
– Пошёл вон, Комоцкий! – сказала Леонора. – Уже иду, – ответил Комоцкий. – Кто следующий? – спросила Леонора. Над последними партами у окна жужжала муха.
Без мелодии
Без мелодии
Без мелодии, Тропа
Из архива
Меня зовут Ходьба. Ниже спускаюсь с хребта, увожу группу от грозы, но быстро нельзя, только спокойным серпантином, чтобы не падали школьники этой чужой группы под тяжёлыми рюкзаками. Небо подсказало напряжённое ожидание, потом напряжение спало, но ожидание, вполне определённое, осталось. Гроза будет. Дышать уже влажно, под куполом черепа и неба — одно и то же серо-ватное,
Без мелодии, Елена Горбачева, Из больничных тетрадей
Из архивов
Педагогика моя россинантской породы произвела на свет такую медленную осень, что с утра до вечера падает каждый лист и лишь к полночи ложится на землю. Бег остановлен, но не ударом, а ядом усталости, медленности, как осенний лист. Хорошо было петь, не срываясь на крик, никогда не срываясь на крик, всегда идти спокойно, бежать спокойно, воскресать
Без мелодии, Заметки до востребования
Заметки до востребования. Отрывок 251
Мы покоряем просрантво и бремя. Мы – молодые хозяева земли. Допокорялись, просранцы. Бременщики́.
Без мелодии, НеЗаметки
НеЗаметки 12
Здравствуйте. Как вы меня чувствуете?’ Пишу всем ручкой имени Шарикова. Ее шарик — вполне Земной.’ Они меня этапируют, а я их эпатирую.’ Пропаганда начинает принимать черты кунилингуса. Ничего против не имею, но, может быть, в мейнстримах и праймтаймах лучше вкушать что-то менее рвотное? ‘ Озания! Страна замерзших звезд. Перловку поедает черный дрозд. Не поняты ни